1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
$14.4
Михельсон Леонид ВикторовичМихельсон Леонид ВикторовичФридман Михаил МаратовичФридман Михаил МаратовичУсманов Алишер БурхановичУсманов Алишер БурхановичПотанин Владимир ОлеговичПотанин Владимир ОлеговичТимченко Геннадий НиколаевичТимченко Геннадий НиколаевичМордашов Алексей АлександровичМордашов Алексей АлександровичВексельберг Виктор ФеликсовичВексельберг Виктор ФеликсовичЛисин Владимир СергеевичЛисин Владимир СергеевичАлекперов Вагит ЮсуфовичАлекперов Вагит ЮсуфовичХан Герман БорисовичХан Герман БорисовичРыболовлев Дмитрий ЕвгеньевичРыболовлев Дмитрий ЕвгеньевичПрохоров Михаил ДмитриевичПрохоров Михаил ДмитриевичАбрамович Роман АркадьевичАбрамович Роман АркадьевичАвен Петр ОлеговичАвен Петр ОлеговичМахмудов Искандар КахрамоновичМахмудов Искандар КахрамоновичРашников Виктор ФилипповичРашников Виктор ФилипповичАбрамов Алексанр ГригорьевичАбрамов Алексанр ГригорьевичНесис Александр НатановичНесис Александр НатановичКантор Вячеслав ВладимироваичКантор Вячеслав ВладимироваичГуцериев Михаил СафарбековичГуцериев Михаил Сафарбекович

Горячая рука Дерипаски

Стиль ведения бизнеса Олега Дерипаски довольно показательно, хоть и эмоционально, описала саяногорская газета «Огни Саян»
Стиль ведения бизнеса Олега Дерипаски довольно показательно, хоть и эмоционально, описала саяногорская газета «Огни Саян»
Версия для печатиPDF-версия

«Сначала у предприятия путем некоторых нехитрых ухищрений устраняют рынок сбыта и доступ к наиболее важным ресурсам, оставляют коллектив без зарплаты. На директора обязательно заводят уголовное дело, даже если оно полностью сфабриковано. Активно по дешевке скупают акции у голодных рабочих, убеждают их же, что директор «вор». Затем приходят в виде управляющего от кредиторов и говорят: «Мы сделаем лучше!» Делают: сокращают производство в два раза, персонал - в три, налоговые отчисления - в пять, а зарплату поднимают на десять процентов, но очень дифференцированно, только для управленцев и тех, кто «стучит», остальным снижают. Внедряют потогонную систему. Аналогично действуют по главам самоуправления, прочим руководителям. Выстоять могут очень немногие, как правило, только те, кто действительно не трусит, не прокалывается с законом и не ворует».
В 2006 году российская ООО «БазэлЦемент», «дочка» инвестхолдинга «Базовый элемент» Олега Дерипаски, открыла бизнес в Казахстане. Ее приобретением стало градообразующее предприятие «Састобе-Цемент» в Южно-Казахстанской области, на базе которого компания хотела построить производственную линию с объемом выпуска в 500 тысяч тонн цемента в год. «Успех компании на казахстанской земле», о котором тогда говорили представители «Базэла», вылился в миллиардный ущерб для завода. Нынешнее состояние «Састобе-Цемент» близко к банкротству. Впрочем, как и некоторых других предприятий, попавших под горячую руку главы «Базэл» и «РосАл» г-на Дерипаски.
ОБЕЩАТЬ - НЕ ЗНАЧИТ ЖЕНИТЬСЯ
О финансовых трудностях цементного завода начали говорить еще в апреле прошлого года. Агентство Казахстан сегодня со ссылкой на гендиректора предприятия Владислава Дудкина сообщало: «Састобинский цементный завод сократил производство из-за финансовых затруднений. Сейчас предприятие переживает тяжелые времена, из трех печей работает только одна, остальные на ремонте. В месяц завод вместо 100 тыс. тонн цемента выпускает 20 тыс. тонн». Стала множиться дебитор-ская задолженность. Забили тревогу рабочие, которым зарплата не выплачивалась в течение нескольких месяцев. В письме президенту РК объяснили причину: «Прежнее руководство завода в лице господина Дудкина В. умышленно доводило наш завод до банкротства путем заключения кабальных договоров по поставке своим друзьям (далее следует список ТОО и ИП. - Авт.). Дудкин ушел с завода и оставил эти договоры, и теперь мы, выпуская цемент, вынуждены отдавать его за символическую плату себе в убыток».
В результате аудиторской проверки выяснилось, что главную роль в выводе активов завода на сторону сыграло ТОО «Концерн Яссауи». Как следует из распорядительных писем г-на Дудкина в адрес дебиторов «Sas-Tobe Technologies», всю задолженность перед заводом они должны были переводить на счет концерна, который, помимо этого, ничем больше не занимался. Деньги стекались на расчетный счет компании в «БанкЦентрКредит». Всего за пять месяцев (с апреля по октябрь) скопилась внушительная сумма - 58,6 миллиона тенге, которая в октябре прошлого года перешла на счет Администратора судов Жамбылской области, причем не напрямую, а через ИП и ТОО - партнеров завода. Так был куплен выставленный на торги имущественный комплекс АО «Монолит» - будущий цементный завод г-на Дудкина.
Проанализировав всю бухгалтерскую документацию, аудиторы подытожили: заводу нанесен существенный материальный ущерб. После такого вердикта новое руководство предприняло тщетные попытки подать иск в южноказахстанский, а затем и республиканский финпол, Генпрокуратуру и Администрацию президента. Ответ на их заявление пришел в конце июня этого года из департамента по борьбе с экономической и коррупционной преступностью по ЮКО. За канцелярским тяжеловесным слогом можно уловить содержание: мы решили отказать в возбуждении уголовного дела за не имением заключения судебно-экономической экспертизы.
ИГРЫ, В КОТОРЫЕ ИГРАЮТ
Подобными сценариями полнится история предпринимательской деятельности г-на Дерипаски с самого начала его большой карьеры, когда в 1994 году его «Алюминпродукт» стал мажоритарным владельцем третьего по величине и первого по прибыли алюминиевого завода России - Саянского в городе Саяногорске (Хакасия) (САЗ). Другим крупнейшим акционером была Trans World Group (TWG), возглавляемая британскими бизнесменами братьями Рубен. С ней, впрочем, г-н Дерипаска тоже разорвал отношения в 1997, когда и провел допэмиссию акций завода, лишив таким образом братьев Рубен контроля над предприятием. За время участия в этом активе он кроме того успел войти в совет директоров крупнейшего банка Хакасии АКБ «Саяны» и наблюдать (организовать?) его банкротство. В 1996 году, когда банк стал испытывать финансовые трудности, Дерипаска зарегистрировал торговую компанию «Саяны», так что ко времени ареста счетов банка в июне 1996 года все основные активы уже перетекли туда. Проводить аналогии, думаем, излишне.
Стиль ведения бизнеса Олега Дерипаски довольно показательно, хоть и эмоционально, описала саяногорская газета «Огни Саян»: «Сначала у предприятия путем некоторых нехитрых ухищрений устраняют рынок сбыта и доступ к наиболее важным ресурсам, оставляют коллектив без зарплаты. На директора обязательно заводят уголовное дело, даже если оно полностью сфабриковано. Активно по дешевке скупают акции у голодных рабочих, убеждают их же, что директор «вор». Затем приходят в виде управляющего от кредиторов и говорят: «Мы сделаем лучше!» Делают: сокращают производство в два раза, персонал - в три, налоговые отчисления - в пять, а зарплату поднимают на десять процентов, но очень дифференцированно, только для управленцев и тех, кто «стучит», остальным снижают. Внедряют потогонную систему. Аналогично действуют по главам самоуправления, прочим руководителям. Выстоять могут очень немногие, как правило, только те, кто действительно не трусит, не прокалывается с законом и не ворует».
ВОЛКА БОЯТЬСЯ - К ИНВЕСТОРАМ НЕ ХОДИТЬ
Впрочем, стоит ли былое ворошить? Тем более, что сегодня Олег Дерипаска участвует и еще в одном крупном казахстанском активе - угольном разрезе «Богатырь». Месторождение принадлежит СП «Богатырь Комир», которое находится в управлении казахстанского госхолдинга «Самрук-Казына» и российского «РусАла». Сделка по продаже «РусАлом» АО «Самрук-Энерго» (дочерняя структура фонда национального благосостояния «Самрук-Казына») 50%-й доли участия в предприятии была завершена в конце декабря 2008 года. Причем, как отмечал KazWorld, проводилась она весьма оперативно и под явным давлением правительственных чиновников. Тогда, зная, что к 2008 году долги «РусАла» достигли 16,3 миллиарда долларов, СМИ задались вопросом: чем руководствовались казахстанские власти и знали ли они об истинном финансовом положении «РусАла», когда настаивали на форсировании передачи этой компании стратегического республиканского угольного объекта? В июне прошлого года информационные агентства запестрили сообщениями о том, что в Экибастузе встал крупнейший угольный разрез «Богатырь» и отгрузка угля с него приостановлена, как минимум, на месяц. Из семи тысяч работающих на разрезе рабочих и инженеров пять тысяч отправлено в вынужденный, частично оплачиваемый отпуск, и как в дальнейшем будет развиваться там ситуация, никто прокомментировать не берется, писал KazWorld. Однако уже через месяц предположения о «пикировке» актива развеяла другая информация, опубликованная в «Казахстанской правде»: ««Богатырь» не только возобновил работу, но и наращивает объемы добычи топлива для ГРЭС и ТЭЦ. Та июньская пауза была во многом вынужденной и использовалась для ремонта роторных и ковшовых экскаваторов, путевого хозяйства внутри разрезов и на железнодорожных станциях, переустройства транспортной схемы».
С начала этого года, по данным «Богатырь Комир», предприятие реализовало 19,3 миллиона тонн угля, что выше уровня продаж за аналогичный период 2009 года на 34%, и сегодня опасений за судьбу актива эксперты не высказывают.
- Построение модели бизнеса Олега Дерипаски до 2009 года носило разнонаправленный характер, ориентированный на экстенсивный рост группы с опорой на заемный капитал, а синергетический эффект при этом зачастую отходил на второй план, - комментирует «Мегаполису» независимый аналитик Алексей Галанин. - Это привело к негативным последствиям 2008 года и продолжает оказывать давление на бизнес сегодня. В результате группа была вынуждена расстаться с рядом непрофильных активов.
К таким, кстати, специалист относит и Састобинский цементный завод. Судьба предприятия и схема произошедших событий, по его мнению, демонстрирует пробелы, недоработки казахстанского законодательства, которое «оставляет место для «серых» схем для крупных предприятий (трансфертное ценообразование, формирование центров консолидации прибыли вне актива, непрозрачные цепочки посредников и правила заключения контрактов)».
Да и эффектно приструнить пользующихся такими лазейками недобросовестных инвесторов, как видится, наше правительство не очень-то гораздо. В отличие от российкого. Показательна в этом отношении история «Пикалёвского глиноземного завода» Олега Дерипаски (после покупки в 2007 году
«Базэлом» переименован в «БазэлЦемент-Пикалёво»). После наступления кризиса предприятие потихоньку прекратило работу, в результате чего жители города остались без работы, без горячей воды и центрального отопления. Когда ситуация стала критической, люди подняли шум, перекрыли федеральную трассу и потребовали к себе лично Владимира Путина. Тогда-то премьер министр и продемонстрировал «ручной режим управления страной» - заставил бизнесмена подписать соглашение с компанией «Фосагро» о возобновлении поставок сырья ЗАО «БазэлЦемент-Пикалёво». Российские СМИ писали: «Как-то весь сразу скрючившийся Олег Владимирович Дерипаска подошел к столу и, согбенно подписав документ, стал ретироваться.
- Ручку мне все-таки верните - сказал Путин, провожая взглядом, видимо, дорогой ему канцелярский атрибут.
Дерипаска опомнился и ручку вернул».
Впоследствии фраза премьер-министра в фольклорной обработке «Ручку верните!» стала крылатой, а сама «ручка Путина» теперь ассоциируется с неким символом власти. Но казахи, как известно, славятся своим гостеприимством и щедростью, а потому ожидать, что казахстанский премьер Карим Масимов попросит г-на Дерипаску вернуть «ручку», едва ли стоит.
- Для «РусАла» себестоимость производства в Казахстане значительно ниже аналогичного показателя в России, благодаря чему компания лидирует среди конкурентов, - резюмирует г-н Галанин. - В контексте дальнейшего устойчивого развития бизнеса казахстанские активы важны для компании, поэтому едва ли она будет расставаться с ними, если только не в форс-мажорных обстоятельствах.

Голосов пока нет