«Если мы теряем объемы добычи, то совершаем ошибку»

О том, какие перемены требуются в стратегии развития нефтяной отрасли, РБК+ рассказал Валерий Грайфер, председатель советов директоров ПАО «ЛУКОЙЛ» и ООО «РИТЭК».

— Правомерно ли говорить о том, российская нефтедобывающая отрасль сейчас на переломном этапе развития в связи с тем, что западносибирские месторождения близки к исчерпанию? Какой должна быть новая стратегия развития отрасли?

— При нынешних технологиях лишь 26% нефти добывается из пластов. Только в Татарстане, на Ромашкинском месторождении, где сосредоточены одни из лучших специалистов отрасли, этот показатель составляет 50%. Мы их хвалим, но ведь и в этом случае в «кладовой» остается половина. Ни в одном другом технологическом промышленном цикле не остается столько неиспользованных ресурсов.

Приведу такой пример. Много лет назад, в 1960–1970 годы, на Бавлинском месторождении в Татарстане нефтяники приняли решение остановить работу 50% фонда скважин и при этом не снижать объем добычи — технологии позволяли это делать. Таким образом хотели посмотреть, сколько нужно мощностей для того, чтобы отобрать всю нефть месторождения. Через 25 лет решили проверить, в каком состоянии законсервированные скважины. Откачав воду, увидели, что оттуда идет чистая нефть, хотя по всем оценкам месторождение должно было быть выработано.

— А как обстоит дело с отбором нефти из месторождений у крупнейших мировых компаний?

— Ни у кого нет технологий полного использования месторождения.

— Каким образом, по вашему мнению, нужно изменить стратегию развития отрасли?

— Могу так сказать: дорогие мои, берите в руки науку и добывайте те 80, 70 или 60%, которые недобрали. Тем более что речь идет о месторождениях, где уже есть коммуникации, электроснабжение, коллектив, который там работал и потом остался.

— Нужно ли в таком случае разрабатывать «новую нефть»?

— Безусловно, нужна новая, трудноизвлекаемая нефть. Вот сейчас ЛУКОЙЛ занимается такой нефтью в баженовской свите (верхнеюрских отложениях Западной Сибири), это залежи с запасами, по оценкам специалистов, в 150 млрд т нефти, что сравнимо с объемом всей отобранной нефти в период СССР. У ЛУКОЙЛа несколько месторождений с запасами баженовской свиты. Мы сейчас можем повторить историю успеха советской нефтяной промышленности. Но если мы будем использовать старые технологии, эти запасы могут в большинстве своем остаться в пласте.

— Какие технологии подойдут в данном случае?

— Компания РИТЭК предложила использовать технологию термогазового воздействия. Мы инициируем в пласте высокотемпературные окислительные процессы, в результате чего появляется тепловой газовый фронт повышенного давления, который вытесняет углеводороды в сторону добывающих скважин. Керновые исследования показали, что там, где прошел данный фронт, большая часть нефти мигрирует к забоям добывающих скважин. Промышленное испытание и совершенствование технологии мы проводим с 2009 года.

— Есть подобные технологии в мировой практике?

— Нет. А мы уже начали применять такую технологию в промышленной добыче.

— Насколько травматичен для окружающей среды такой метод?

— Это совершенно безопасный процесс с точки зрения воздействия на окружающую среду.

— Чего вы ждете от государства в отношении стратегии развития отрасли?

— Нефтяная промышленность требует объединения многих наук, практик, разного опыта. И я согласен с теми, кто говорит, что нужно все науки задействовать в интересах развития нефтяной промышленности. Но сейчас этого нет. Когда президент Владимир Путин побывал вместе с Вагитом Алекперовым (президент ПАО «ЛУКОЙЛ». — РБК+) на платформе по добыче нефти в акватории Каспия, он подтвердил, что добыча углеводородов — наукоемкий процесс. Платформа — показательный случай: например, ее приходится защищать от льда, который осаждается по всему периметру. Для того чтобы обеспечить работу платформы, нужны знания из разных областей.

— Что для вас неприемлемо в том, как развиваются события в отрасли и вокруг нее?

— Неприемлемо повальное представление о том, что нефтяная отрасль бесперспективна. В последнее время сформировалось отношение к нефтяной промышленности как к чему-то уже ненужному, убыточному. Я слышал даже такое выражение: нефть — это «надсада экономики». А как быть с тем, что на смену металлу, другим материалам должны прийти полимеры? Без нефти ничего этого не будет. Не зря ЛУКОЙЛ начал реализацию строительства предприятий нефтехимии — это завтрашний день экономики. Чтобы вы ни делали, без нефти не обойдетесь. Если мы теряем объемы добычи, то совершаем ошибку.

— Впервые за долгое время с 2017 года добыча действительно снижается.

— Да, для того, чтобы не снижались ценовые показатели, было принято такое решение — Россия приостановила добычу по соглашению с ОПЕК. Надо признать, что люди рабочих специальностей были, мягко говоря, недовольны этим. Их можно понять: процесс добычи идет круглые сутки, включая праздники и выходные. За все 160 лет нефтяной промышленности России не было ни одного дня и даже часа, когда нефтяная промышленность не вышла бы на работу, включая Первую мировую и Великую Отечественную войны. 

Автор
РБК
Автор фотографии
polit_ru

Статьи

Следователи возбудили уголовное дело из-за слива отходов «Норникеля» в тундру

Норильские следователи возбудили уголовное дело после сброса производственных…

Санкции США против «Северного потока-2» могут затронуть более 120 компаний

«Более 120 компаний в области судостроения, инженерного дела, охраны природы и…

Аэропорт Сургута будут реконструировать, но без инвестиций от миллиардера Вексельберга

Правительство Югры решилось на реконструкцию аэропорта Сургута. Соответствующая…

Число миллиардеров в мире выросло до рекордного уровня

Число миллиардеров в мире и их совокупное состояние стали рекордными в 2019…

Petropavlovsk сплавил директоров

В одном из крупнейших российских золотодобытчиков Petropavlovsk произошел…

Российские турбины дорого обойдутся

Экспериментальные энергоблоки на пилотных российских газовых турбинах обойдутся…

Аналитика

Частный НОВАТЭК снова хочет построить инфраструктуру за государственный счет

Неким отягчающим обстоятельством в данном случае выглядит то, что в первом…

В "рейде" на Petropavlovsk

Олигарх Константин Струков при помощи выходца из недружелюбного "Росбилдинга"…

Акционеры НЛМК утвердили дивиденды за I квартал в 3,21 рубля на акцию

Акционеры группы "Новолипецкий металлургический комбинат" (НЛМК) на …

Назад в будущее, или экспертиза под "диктовку" от Андрея Мельниченко

В Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области состоялся очередной…

Nordgold автоматизировал Суздаль в Казахстане

Комплекс ежегодно перерабатывает около 550 тысяч тонн золотоносной руды. Его…

«До 2046 года я побуду в рейтинге Forbes»: как Потанин воспитывает детей, почему отказался от брачного контракта и как поступит с состоянием

В клубе «Лужки» на Истре, где Владимир Потанин, его семья и ближайшие соратники…

Михаил Фридман и русское сало

Новость последних недель: принадлежащая проживающему в Лондоне российскому…

«Яндекс» разводится со Сбербанком на деньги Абрамовича

«Яндекс» прощается со Сбербанком «Яндекс» и Сбербанк сообщили о достижении…

Сбербанк и Яндекс. Интеллигентный развод

Попробуем разобраться, в чём причина, и что вытекает из этого события. • Ещё в…

The National Interest (США): cтрана, по которой проходят трубопроводы

Вначале 18 столетия великий философ эпохи Просвещения барон де Монтескье…

CEO технопарка «Сколково» вложил $100 тысяч в карьерный ИТ-акселератор Almamat

CEO технопарка «Сколково» Ренат Батыров присоединился к карьерному ИТ-…

Тотальное враньё. Дизтопливо «Норникеля» уже в Карском море?

Бравурные отчёты и пресс-релизы. Как «Норникель» и Усс гасят репутационный…

Дружеские инвестиции: Игорь Шувалов помогает приятелям президента и своим личным

Госкорпорация вкладывает деньги в совместные проекты с богатейшими людьми…

ЗАЧЕМ ПРОХОРОВУ НУЖЕН ИРГИТ?

В конце мая в Норильске случилась экологическая катастрофа – из запасного…

Отрыв днища. Как справиться с катастрофой в Норильске

– Птицы, – говорит Юлия Гуменюк. – Надо не допустить все это хотя бы до птиц.…