1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
$14.4
Михельсон Леонид ВикторовичМихельсон Леонид Викторович
$13.3
Фридман Михаил МаратовичФридман Михаил МаратовичУсманов Алишер БурхановичУсманов Алишер БурхановичПотанин Владимир ОлеговичПотанин Владимир ОлеговичТимченко Геннадий НиколаевичТимченко Геннадий НиколаевичМордашов Алексей АлександровичМордашов Алексей АлександровичВексельберг Виктор ФеликсовичВексельберг Виктор ФеликсовичЛисин Владимир СергеевичЛисин Владимир СергеевичАлекперов Вагит ЮсуфовичАлекперов Вагит ЮсуфовичХан Герман БорисовичХан Герман БорисовичРыболовлев Дмитрий ЕвгеньевичРыболовлев Дмитрий ЕвгеньевичПрохоров Михаил ДмитриевичПрохоров Михаил ДмитриевичАбрамович Роман АркадьевичАбрамович Роман АркадьевичАвен Петр ОлеговичАвен Петр ОлеговичМахмудов Искандар КахрамоновичМахмудов Искандар КахрамоновичРашников Виктор ФилипповичРашников Виктор ФилипповичАбрамов Алексанр ГригорьевичАбрамов Алексанр ГригорьевичНесис Александр НатановичНесис Александр НатановичКантор Вячеслав ВладимироваичКантор Вячеслав ВладимироваичГуцериев Михаил СафарбековичГуцериев Михаил Сафарбекович

Честным быть выгодно?

Последствия «кабального кредита»: у предпринимателя отобрали даже то, чем он официально не владел, но со «счетчика» не сняли Последствия «кабального кредита»: у предпринимателя отобрали даже то, чем он официально не владел, но со «счетчика» не сняли
Версия для печатиPDF-версия

Невзирая на политический тренд на борьбу с коррупцией и рейдерством, число подобных преступлений в России не уменьшается. Если раньше захват корпоративной собственности был прерогативой отдельных структур и откровенных бандитов, то сейчас отъемом собственности занимаются даже банки, в том числе и крупные.
Сложные схемы кредитования, зачастую навязываемые клиентам, прошли проверку финансовым кризисом. В редких случаях кредитные учреждения шли навстречу заемщикам и реструктуризировали долги. Чаще кредиторы проявляли агрессию даже по отношению к постоянным клиентам, не говоря уже о компаниях, владеющих солидными активами, крупных предприятиях. В результате заемщики лишались всего своего имущества, стоимость которого могла в разы превосходить сумму долга вместе с процентами и штрафами. Появилось даже такое понятие, как «банковское рейдерство».
В схему включены и правоохранительные органы, и суды, и вездесущий административный ресурс, похвастаться которым могут некоторые крупные банки.
«Накопилось множество примеров конфликтов, где в действиях со стороны банков имеются все признаки незаконного захвата собственности», — следует из доклада Национального антикоррупционного комитета (НАК) «Доминирование банковского рейдерства как тенденция в захвате и переделе собственности в России в период 2009—2011 гг.». По данным НАК, в банковском рейдерстве применяются четыре схемы, две из которых — «принуждение к сделке» и «создание прав по договору РЕПО» — используются для нападений на средний и крупный бизнес. «В крупных финансовых холдингах и банках существуют специальные подразделения, отвечающие за планирование и осуществление рейдерских захватов. Одним из направлений деятельности подобных структур является выстраивание неформальных связей в государственных органах, включая правоохранительные и суды. В ряде случаев при наличии особо привлекательных активов происходит планирование захвата на стадии первичного обращения клиента в банк», — отмечают авторы доклада.
История Александра Сенаторова, руководителя инвестиционной группы «Коперник» (его конфликт с Альфа-Банком фигурировал в качестве примера в докладе НАК), может заставить руководителей многих российских предприятий задуматься о том, чем иногда заканчивается сотрудничество с отдельными банками. Однако нет гарантии, что кредиторы не придумают что-нибудь новенькое, чтобы заманить к себе в сети доверчивых заемщиков.
Неофициальные РЕПО
В конце января Мещанский районный суд г. Москвы удовлетворил иск о взыскании имущества, поданный офшорной компанией Dalemont Limited к бизнесмену Александру Сенаторову и десяти российским и иностранным компаниям. К кипрской компании, контролируемой Альфа-Банком, перешли все крупные активы девелопера — право собственности на жилые помещения, расположенные в Доме Наркомфина (памятник архитектуры площадью около 4 тыс. кв. м), здание ЦНИИПСК имени Мельникова (7,5 тыс. кв. м), недостроенный административно-гостиничный комплекс проектной площадью 50 тыс. кв. м на проспекте Вернадского, земельные участки в Москве и Подмосковье, помещения в элитном ЖК «Коперник», квартиры, машино-места и прочее.
Иск был подан в рамках длящегося с 2009 года спора Альфа-Банка с Александром Сенаторовым. Банк утверждает, что Сенаторов не до конца расплатился по кредитам и остался должен $60 млн. Предприниматель называет происходящее рейдерским захватом, а недавнее решение Мещанского суда — «продолжением кампании, инициированной Альфа-Банком». Согласно документам, гражданин РФ Александр Сенаторов не имеет в собственности ни долей, ни акций компаний, на балансах которых числится взысканное судом имущество. Несмотря на прямое указание суда, истцом так и не были представлены оригиналы корпоративных документов, подтверждающих якобы имеющуюся «цепочку корпоративного контроля» и «бенефициарную собственность» Александра Сенаторова. Кроме того, по оценке независимых экспертов, стоимость взысканных активов намного больше суммы долга, сам факт наличия которого оспаривает Сенаторов.
Александр Сенаторов — крупный бизнесмен, генеральный директор ЗАО «Инвестиционная группа «Коперник». Ранее она выступала под брендом МИАН и была одной из крупнейших на российском рынке недвижимости. В 2006—2007 годах Альфа-Банк выдал несколько кредитов на общую сумму $185 млн структурам, входящим в МИАН, по которым бизнесмен и еще ряд аффилированных компаний выступили поручителями.
Непосредственные переговоры по условиям кредита компания Александра Сенаторова вела тогда с Владимиром Татарчуком и Максимом Першиным (в настоящее время первый зампред правления и член правления Альфа-Банка соответственно), которые и предложили схему, включающую в себя помимо залога еще вексельную часть и условие личного поручительства.
Официальная залоговая часть отвечала общепринятой практике выдачи кредитов банками: заключение кредитного договора, заключение договора залога (ипотека) объекта недвижимости, заключение договора страхования имущества, заключение договора поручительства. Была и неофициальная часть, которая предусматривала возможность для Альфа-Банка в случае малейшего нарушения заемщиком своих обязательств, используя вексельные схемы с участием подконтрольных банку юридических лиц, получить полный контроль над компаниями, управляемыми группой «Коперник». Причем без каких-либо судебных разбирательств, торгов и т.д. Банк просто получал 100% долей и акций в компаниях, на балансе которых числились объекты недвижимости.
За государство — в кабалу
Такой же волюнтаристской была и общая ставка по кредитам — 51%. Она состояла из процентной ставки в 17% годовых, хотя большая часть кредита по договору выдавалась под 11%, плюс 17% штрафов, плюс столько же — пени. «Мы были вынуждены пойти на эти кабальные условия Альфа-Банка, чтобы расплатиться с государством, — рассказывает Александр Сенаторов. — Часть заемных средств компания направила на погашение налоговых претензий более чем на 1 млрд рублей, предъявленных в 2007 году ИФНС № 45 за 2004—2006 гг. Схемы, по которым работали все риелторские компании, в том числе и наша, тогда не противоречили налоговому законодательству. Однако в середине 2000-х оно было изменено, поэтому вопросы у налоговиков возникли ко многим. По некоторым данным, подавляющее большинство риелторов решали этот вопрос неформальным путем, но мы предпочли выплатить все налоговые неустойки официально, то есть государству, а не кому-либо другому. Из-за этого все внимание общественности было сконцентрировано на нас как на главном якобы «неплательщике», и банки отказывали нам в кредите. Согласился один Альфа-Банк, но поставил жесткие условия: оформить залог, в дополнение к нему схему РЕПО и мое личное поручительство».
Компания передала банку в залог три объекта: офисный центр класса «А» «Северное сияние» площадью почти 38 тыс. кв. м на улице Правды, собственное офисное здание на Красной Пресне (7 тыс. кв. м) и нежилые помещения в элитном жилом комплексе «Коперник» (почти 6 тыс. кв. м), который в свое время компания построила на Большой Якиманке.
Рыночная стоимость имущества намного превышала залоговую — по независимой оценке, она составляла более $210 млн. Юридические лица, которые формально являлись собственниками этой недвижимости, временно перешли под контроль структур Альфа-Банка, а Александр Сенаторов дал личное поручительство на два объекта из трех. По самому большому из них — «Северному сиянию» — поручительство было небезусловным. По договору оно заканчивалось, когда выполнялись два ключевых условия — оформление ипотеки на здание, которое на тот момент достраивалось, и его страхование.
«В декабре 2008 года, в разгар кризиса, мы не смогли обслужить долг и допустили кратковременную просрочку по процентам в размере чуть более $5 млн, — продолжает девелопер. — Я пытался договориться с Альфа-Банком об отсрочке, предлагал им в качестве дополнительного обеспечения офисный центр на Садовом кольце площадью 40 тыс. кв. м и стоимостью не менее $100 млн. Но банк навстречу не пошел, несмотря на наше сотрудничество с ним с 2000 года и общий кредитный оборот в $1 млрд. Объем выплаченных нами процентов превысил $60 млн. Это доход, который «Альфа» получила от сотрудничества с МИАНом и позднее с «Коперником».
Безусловный поручитель
Сенаторов предполагает, что план захвата его бизнеса созрел еще на стадии подписания кредитных соглашений. Схема РЕПО позволила во внесудебном порядке забрать заложенные активы — в начале 2009 года они были внесены в уставные фонды близких к Альфа-Банку структур, а затем и проданы. «Причем о том, что банк забрал залог, мы узнали по факту, запросив в феврале 2009 года выписки. Альфа-Банк, нарушив свои обязательства и договоренности, всё сделал очень быстро, за считаные недели, и нас в известность не поставил, — говорит Сенаторов. — Всё имущество было продано всего за $141 млн. Это намного меньше его рыночной стоимости».
Предприниматель не склонен расценивать такое «странное» поведение банка как банальное проявление непрофессионализма его сотрудников: «Банк должен был продавать имущество на открытом аукционе, в этом случае он смог бы выручить за него гораздо больше $185 млн, но никакого аукциона не было. Мы сами предлагали Альфа-Банку свою профессиональную риелторскую помощь в реализации объектов, но нас отстранили. Это была закрытая распродажа. Лично мне поступали предложения о продаже зданий по справедливой цене от третьих лиц, но, насколько мне известно, их даже к участию не допустили».
Менеджеры, которые занимались продажей залоговых активов, из банка потом уволились. В итоге, распродав активы на закрытом аукционе, Альфа-Банк посчитал, что заемщик остался должен еще $60 млн ($44 млн плюс проценты, штрафы и т.д.).
«У них была прекрасная возможность погасить весь кредит путем нормальной продажи и закончить с нами все отношения полюбовно, но они, по-видимому, намерились забрать весь бизнес, стоимость которого тогда достигала $1 млрд, — продолжает Александр Сенаторов. — Мещанский суд по иску «Альфы» признал несущественными условия, после выполнения которых прекращалось мое поручительство. На этом основании банк продолжил требовать деньги, но претензии адресовал не к компаниям-заемщикам, потому что они перешли под его контроль, а ко мне лично как к поручителю. Теперь мой долг, по словам представителей Альфа-Банка, «варьируется» в размере от $60 млн до $140 млн, и я должен немедленно начать его выплачивать, а уж Альфа-Банк сам решит, когда долг будет выплачен до конца. В ответ на мое возмущение главный управляющий директор Альфа-Банка Рушан Хвесюк посоветовал мне не расстраиваться, потому что в моем случае часть долга все-таки была погашена, а многим пришлось повторно выплатить полную сумму».
Таким образом, договор поручительства Сенаторова по «Северному сиянию» фактически стал безусловным, несмотря на то что девелопер еще до кризиса выполнил все условия — достроил здание, сдал в эксплуатацию, заполнил арендаторами, оформил ипотеку и страховку. Тогда же «Коперник» предпринял попытку договориться с кредитным учреждением о том, чтобы вернуться к более цивилизованной и безопасной для заемщика схеме кредитования — без личного поручительства и сделок РЕПО, однако Альфа-Банк отказался что-либо менять. В 2009 году он переуступил право требования долга кипрскому офшору Dalemont Limited.
Первый иск Dalemont к Сенаторову появился в 2010 году. По нему Мещанский суд вынес решение в пользу истца и обязал бизнесмена выплатить более $44 млн. Кассационная жалоба в Мосгорсуд не была удовлетворена. В мае 2010 года судебные приставы возбудили исполнительное производство о взыскании с Сенаторова задолженности в пользу Dalemont Limited, а также был наложен арест на имущество предпринимателя. 2 марта 2011 года появилось постановление об обращении взыскания на его заработок, 5 апреля 2011 года — об ограничении права выезда за пределы РФ.
Побег Кобрика
Но и этого банкирам, очевидно, показалось мало. В ноябре 2011 года тот же Мещанский районный суд столицы по заявлению Dalemont арестовал активы, по мнению Альфа-Банка, принадлежащие Сенаторову, а 31 января этого года — обратил на них взыскание. Список активов занял четыре страницы. Истец также требовал арестовать акции компаний-ответчиков, которые владеют этим имуществом, проигнорировав юридическую абсурдность ситуации, при которой в споре двух субъектов затрагивается имущественное право третьих лиц.
Данные решения суда вызвали у бизнесмена недоумение, которое он высказал в интервью «Ъ»: «Это именно компании, управляемые группой «Коперник», которые к истории моих личных взаимоотношений с Альфа-Банком не имеют никакого отношения. Их структура владения сложная: в некоторых у меня несколько партнеров. Но самое важное, что поручителями по кредитам Альфа-Банка являлся я и две другие компании. Но ни суд, ни менеджмент банка такое нарушение права частной собственности третьих лиц не смутило. Более того, некоторые активы компаний, права на которые в Мещанском суде доказал суд, заложены по кредитам другим банкам, и в некоторых случаях уже существуют судебные решения о взыскании залогов».
Все приведенные доводы остались без внимания судьи Анастасии Яковлевой, как и то, что истец не представил в суд никаких доказательств принадлежности этих компаний Сенаторову. Судья Яковлева, которая рассматривает все иски структур Альфа-Банка к ИГ «Коперник», отказалась удовлетворить ходатайства ответчиков о прекращении производства по делу, об отмене обеспечительных мер, о разъединении заявленных требований и передаче дела по подсудности, а также о привлечении к делу собственников активов, указанных в исковом заявлении.
Параллельно на Сенаторова оказывалось давление во внесудебной плоскости. В декабре 2010 года Dalemont Limited обратился в УФССП по Москве с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении Александра Сенаторова по признакам преступлений, предусмотренных статьями 177 и 315 УК РФ (уголовное преследование должника). Несмотря на то что 16 декабря того же года в возбуждении дела было отказано, 6 мая 2011 года заместитель прокурора г. Москвы отменил это решение. В свою очередь, следователи из УВД по ЦАО г. Москвы возбудили уголовное дело в отношении неустановленного лица, которое, по их версии, «находясь по адресу: г. Москва, ул. Большая Якиманка, д. 22, корп. 3, совершило изготовление и сбыт поддельных простых векселей». В рамках этого дела Сенаторов, в статусе свидетеля, был принудительно доставлен на допрос в полицейский участок; в офисе группы «Коперник» был произведен шумный обыск — полицейские безрезультатно искали там поддельные векселя.
В этой истории нашлось место не только странным судебным решениям, маскам-шоу и акциям устрашения, но и корпоративному предательству. Александр Сенаторов рассказал, что данные об активах и проектах «Коперника» попали к банкирам от бывшего вице-президента группы Вадима Кобрика, который сначала представлял интересы девелопера в судах с Альфа-Банком, а потом неожиданно исчез вместе с документами. «Эти документы всплыли на январском заседании суда. Так что исчезновение Кобрика было одним из звеньев захвата, — говорит бизнесмен, — как и его деятельность в «Копернике». Оказывается, договор моего поручительства стал безусловным по его вине — мы проиграли тот суд, в том числе и потому, что не представили документы, подтверждающие получение договора ипотеки, хотя в действительности она была уже давно оформлена».
«Я всегда считал суд состязательным процессом. Теплое отношение Мещанского суда к Альфа-Банку показало, что эта состязательность может быть весьма условной, — резюмирует Сенаторов. — Сейчас банкиры продолжают целенаправленную травлю — арестовывают чужие активы, не дают бизнесу расти и развиваться. Но в глобальном смысле этот конфликт даже пошел мне на пользу — он научил меня тому, как важно правильно выбирать партнеров, которые разделяют твое мировоззрение, твои жизненные принципы. С сотрудниками Альфа-Банка, исповедующими принцип «Хватай и прячь» и подозревающими в подобном поведении всех окружающих, мне не по пути».

Голосов пока нет